Некоммерческая организация Природоохранный фонд "Верховье"
Направления деятельности
Наши сайты

Как уберечь водохранилища от «диких» туристов?

      Хорошо посидеть у костра на берегу водохранилища, подышать свежим воздухом, искупаться, по лесу погулять, половить рыбки, на лодке покататься... или на гидроцикле - смотря по доходам... Валом валит народ на берега водохранилищ - Истринского, Озернинского, Можайского, Рузского, Верхнерузского... По оценкам специалистов Института водных проблем РАН, на начало 90-х отдыхающие проводили (в бесснежный период) на берегах этих водохранилищ около одного миллиона "человеко-дней", и прогнозировалось, что количество отдыхающих будет расти на 10-15% в год. Действительно, сегодня на эти берега "приваливает" за сезон более 3 млн. человек, причем большинство из них добирается сюда отнюдь не на общественном транспорте. "А что такое? - спросите вы. - Отдыхают люди, и пусть, каждый имеет право отдохнуть на природе". Это правда. Но если и дальше так пойдет, то реализовывать свое право на отдых придется где-нибудь в другом месте, потому что здесь от природы просто ничего не останется.

Отдых - дело серьезное...

       Год за годом сотни километров береговых линий Москвы-реки, ее притоков - Истры, Рузы и водохранилищ - используются москвичами и жителями Подмосковья для отдыха, однодневного или более длительного, с установкой палаток. А это означает массовый заезд автотранспорта в прибрежные полосы, тотальное замусоривание водоохранной полосы рекреационными отходами, вытаптывание растительности. А вырубка? Исследования показали, что в радиусе 500 м от "туристских" стоянок одной из основных причин деградации леса являются вырубки: для костра, для каких-то иных сиюминутных нужд вырубается все, кроме самых толстых деревьев. На гектаре елового леса, не затронутого рекреацией, растет около 200 елей первого яруса (т.е. самых крупных), несколько меньшее количество елей второго яруса, полторы-две тысячи или более маленьких елочек - подроста, а также кустарники и кустарнички. На участке, хорошо освоенном рекреантами, остается 50-70 елей первого яруса - и больше ничего. Этот участок издалека выглядит как лес, и даже очень красивый лес - просторный, далеко просматривающийся. Но на временном отрезке, направленном в будущее, этот лес уже уничтожен. Он мертв, у него нет подроста - нет будущего.

     Вокруг Можайского водохранилища в 60-х годах были высажены лесополосы. С умом, с любовью создавали их наши отцы - это видно по тому, как подобраны породы, как расположены полосы... А в 2002-м, засушливом, году стараниями романтичных "любителей природы" 70% этих лесополос было пройдено огнем. Нет, погибло не все, большие деревья выдерживают обугливание коры при низовом пожаре и остаются живыми, хотя и сильно поврежденными. А вот молодая поросль, кустарники, разнообразные цветы и травы, гнезда и птенцы рано гнездящихся птиц, беспозвоночные - это выгорает полностью. Зверушки и птицы, конечно, имеют возможность убежать, улететь - ну а дальше-то что? Что делать в обугленной мертвой лесополосе зайцу или ежику? Куда возвращаться куличку или утке, если заросшая камышами укромная низинка превратилась в пепелище? Четвероногие и крылатые "погорельцы" уже не смогут дать потомства, да и сами-то выживут ли? Даже рыба - и та не может нереститься, если прошлогодняя сухая трава в зоне осушки была выжжена до полного весеннего заполнения водохранилища: ведь именно к затопленной растительности прикрепляются рыбьи икринки, а нет ее - не будет и мальков...

     Хотя многих "любителей природы" такие вещи не огорчают. Иначе разве пришло бы им в голову не только мыть у уреза воды свои автомобили, но менять здесь же масло или тосол и даже... производить лакокрасочные работы?!

     Есть такое понятие - перевыпас. Это когда в степных, исконно животноводческих районах по жадности своей или по безграмотности на каком-либо участке начинают выпасать такое количество скота, которого выдержать степная экосистема не может. В результате пастбище, которое кормило стада травоядных в течение тысячелетий и могло бы и впредь кормить их неограниченно долго, за сезон-другой превращается в пустыню и больше не восстанавливается. Что-то похожее происходит сейчас и с природой Подмосковья, с самыми лучшими (и значит, самыми привлекательными) ее уголками. Процесс этот нужно остановить. Не в том, разумеется, смысле, что нас с вами надо лишить права бывать в лесу или на берегу. А в том смысле, что процесс рекреации нужно осуществлять разумно, памятуя о том, что уязвимы и смертны не только мы с вами, но и река, и лес.

Знакомьтесь: фонд "Верховье".

       Именно такую задачу ставит перед собой некоммерческая организация "Природоохранный фонд "Верховье".

     Но здесь необходимо сказать несколько слов о самом фонде.

     - Наши истоки связаны с истоками Москвы-реки, - говорит руководитель фонда Александр Владимирович Русанов, - наша цель - охрана окружающей среды Центральной России с приоритетом Московской области и с особым приоритетом бассейна верхней Москвы-реки, в частности - решение экологической проблемы стихийного, нерегулируемого воздействия рекреационной деятельности на прибрежные природные комплексы.

     А дело было так. Начиная с 1971 года, на 1-м километре течения Москвы-реки принялись рыть огромный карьер. Долина реки, ее русло были при этом полностью уничтожены. Речка падала вниз с 15-метровой высоты, а затем откачивалась помпами. Взяв от данного карьера все, что хотели, его хозяева бросили изуродованную землю, оставив в карьере "на память" сломанные трактора, емкости с непригодной к употреблению соляркой и прочие прелести. Тогда-то, в 1994 году, и были предприняты первые волонтерские действия по очистке днища карьера. Этот момент и можно считать днем рождения фонда "Верховье". Его активисты - тогдашние работники географического факультета МГУ - поняли, что пришло время реализовывать свои знания на практике.

     Но на голом энтузиазме далеко не уедешь. Чтобы фонд развивался и действовал, нужны были деньги. На первом этапе продержались в основном за счет выигрышей на конкурсах природоохранных программ, финансируемых международными организациями. Но по мере того как фонд нарабатывал опыт, приобретал известность, стало появляться российское финансирование - в основном муниципальное. Выполненные проекты и работы организации касаются, прежде всего, особо охраняемых природных территорий. В том числе в партнерстве с двумя другими российским природоохранными организациями был создан проект заповедника "Кологривский лес", расположенного в Костромской области. История "Кологривского леса" тоже не простая: от первых попыток создания этого заповедника до реального воплощения их в жизнь прошло более 40 лет.

     Другое творение "Верховья" - проект Государственного природного заказника "Верхнерузский" - находится сейчас на рассмотрении в Правительстве Московской области; эта особо охраняемая природная территория областного значения призвана стать одним из ядер сохранения биологического разнообразия Московского региона. История его создания тоже насчитывает много лет.

     - Проекты - это, конечно, не все, - говорит Русанов, - на бумаге написать много чего можно. Чтобы все написанное - сбылось, надо действовать уже сегодня.

     Пример тому - масштабная акция в защиту природы - "Чистые берега", которая осуществлялась в 2002 году по муниципальной инициативе и была полностью профинансирована администрацией Можайского района. Фонд "Верховье" разрабатывал план мероприятия, его сотрудники входили в штаб акции наряду с руководством администрации района, отдела образования, ЖКХ. В ходе этой акции силами 650 школьников Можайского района были освобождены от мусора и стихийных свалок 70 км береговой линии на Можайском водохранилище и 15 км на Москве-реке в районе г. Можайска; при этом были собраны и вывезены к местам захоронения 7500 стосорокалитровых мешков отходов.

     Кстати, желающих участвовать в этой акции было почти в два раза больше, чем требовалось; отбор происходил, чуть ли не "на конкурсной основе". Ребята выполняли эту, вроде бы грязную и неблагодарную работу, что называется, с горящими глазами; убирали мусор, изготавливали и устанавливали аншлаги со стихами и призывами собственного сочинения. Возможно, главный итог данной акции в том и состоит, что эти 650 ребят уж точно никогда не будут вести себя по-свински, оказавшись на природе, да и своим близким не позволят.

    

Среднестатистический рекреант не отказывается отдыхать с умом...

       Уборка мусора при всей своей несомненной полезности (воспитательной, эстетической и санитарно-гигиенической) никак не снимает продолжающегося негативного воздействия "дикой" рекреации. Для реального решения проблемы необходимо нечто иное: регулирование отдыха. Опыт такого регулирования наработан в национальных парках, не только зарубежных, но и российских. По законодательству, субъекты Федерации наделены правом образовывать собственные категории ООПТ (особо охраняемых природных территорий), и вполне возможны варианты таковых, подходящие именно для регулирования рекреации в береговых зонах.

     Прежде всего, необходимо нормировать нагрузки на территорию. Необходимо зонирование территории, начиная с зон массового отдыха и заканчивая зонами покоя, куда доступ рекреантов запрещен. В настоящее время уже разрабатывается План зонирования для бассейнового уровня, на основе которого должны выполняться проекты рекреационного использования конкретных, достаточно протяженных участков берегов. Но чтобы проекты не превратились в прожекты, необходимо, чтобы их воплощала в жизнь конкретная организация, наделенная конкретными правами и обязанностями: не номинальный существующий правообладатель территории, а тот, кто будет охранять эту территорию, регулировать рекреационные нагрузки в зависимости от ценности экосистем, в общем, делать так, чтобы установленные режимы соблюдались, а разработанные мероприятия осуществлялись. Каким образом можно это сделать? Вероятно, тут понадобятся самые разные рычаги, от "кнута" (экономические и административно-запретительные меры) и до "пряника". А пряником могут послужить хорошие, обустроенные стоянки, пляжи, опять-таки хорошие и обустроенные, с предоставлением соответствующих услуг, и тому подобное.

     Исследования, проводимые в различных природных парках, показали, что обеспечение правильного распределения потока отдыхающих по обустроенным стоянкам, расположенным в таких местах, где вред от них будет минимален, позволяет на порядок снизить негативное воздействие от рекреации при сохранении той же численности отдыхающих. А "в свободном полете" горе-туристы просто по закону подлости непременно разложат костер ровно на том месте, где растет последняя в этом лесу краснокнижная ветренница...

     Но встретят ли понимание предлагаемые меры у самих отдыхающих? Похоже, что да. В числе прочей деятельности фондом "Верховье" осуществляются еще и регулярные опросы посетителей мест отдыха. Постепенно из результатов опросов сложился образ среднестатистического рекреанта. Кто же он, наш скромный герой?

     Он мужчина. Москвич. Владелец автомобиля. Он не обременяет себя оборудованием места отдыха и использует уже имеющиеся стоянки. Он никогда не убирает за собой мусор. Он недоволен тем экологическим состоянием, в котором находится место его излюбленного кратковременного отдыха в выходные дни, однако сам не делает ничего для улучшения экологического состояния. Вот если бы кто-нибудь другой этим занялся, он был бы рад и даже мог бы немного заплатить за это: рублей 50-70 за выходной с человека. Он оплатил бы и различные дополнительные услуги, если бы таковые здесь появились.

     Похоже, с ним вполне можно договориться о правилах игры. Хотя бы объяснить ему, что само нахождение его автомобиля в прибрежной зоне - уже нарушение целого ряда нормативно-правовых актов. Сделать для него охраняемую парковку вне прибрежной полосы, подготовить место отдыха с кострищем, запасом дров, мусорным контейнером, пляж, свободный от битых бутылок. И пусть себе отдыхает, так-то он мужик не вредный, среднестатистический наш рекреант.

     А можно еще и прогулку по экологической тропе предложить, экскурсию, наблюдение зоологических объектов. Кстати, перевод площадного вытаптывания в тропиночное тоже на порядок снижает соответствующее негативное воздействие. Наукой доказано. И во всем мире именно так и делается.

     Беседа по душам.

     - Но почему именно стихийную рекреацию Вы выбрали полем своего сражения? - спросила я у Русанова в доверительной беседе, - почему не вырубку лесов под коттеджи и иные нужды, которая сейчас многих справедливо возмущает?

     - Возмущает, конечно, - ответил он, - но наши исследования касались прибрежных полос вдоль береговых линий водных объектов бассейна верхней реки Москвы. Дачно-коттеджная застройка непосредственно к берегам исследованных крупных водных объектов примыкает весьма нечасто, и мы непосредственно ею не занимаемся. Из берегов, которые нами пройдены в ходе полевых исследований (а это около 1160 км береговой линии), 115 км находятся за забором, но в основном это объекты стационарной рекреации - дома отдыха, пансионаты, а 1045 км - это открытые прибрежные линии, никем не занятые и не застроенные - здесь резвятся "дикие" рекреанты. На 60% этих берегов заметна рекреационная деградация природных комплексов, а более 10% прибрежной территории приведено в катастрофическое состояние. Посмотрите, что происходит: пойменные луга, такие красивые еще несколько лет назад, стали теперь поверхностями с покрытием из горца, одуванчика и подорожника. Такой громадной нагрузки даже пырей не выдерживает! А лес - где теперь те редкие виды растений и животных, которые селились здесь еще недавно? Под ногами все тот же подорожник, горец да лапчатка; промысловые виды животных и птиц практически исчезли, фоновые виды, более устойчивые, тоже исчезают; зато растет численность синантропных видов - крыс, ворон, одичавших собак, сменяющих естественный зоокомплекс...

     - Так есть еще что охранять или поздно спохватились?

     - В прошлом году мы прошли маршрутами полевых исследований более тысячи километров и можем с полной достоверностью сказать, что практически на всех обследованных реках и водохранилищах еще есть дальние и не очень дальние уголки, почти не затронутые антропогенным воздействием. Наличие 44 видов животных, занесенных в Красную книгу Московской области, из них 12 видов - занесенных также в Красную книгу России (например, скопа, орлан-белохвост, гусь-пискулька, чернозобая гагара и др.) - прекрасное подтверждение тому, что в бассейне верхней реки Москвы есть еще что сохранять. Отдельно хочется выделить берега Верхнерузского водохранилища, где рекреация еще не нанесла сокрушительного урона природе, и его еще можно предотвратить на уровне всего водного объекта.

     Объектами охраны должны быть не только те локальные территории, где расположены гнездовья птиц или логовища зверей, но и площадные ценные зоологические объекты. Например, существуют три устойчивых маршрута перехода лосей через Можайское водохранилище. Очень важно, чтобы такие "коридоры" сохранялись и не перекрывались никакими строениями и сооружениями. Таких переходов немало и на Москве-реке, и в других местах.

     - Александр Владимирович, ведь раньше тоже народу на берегах было немало, но катастрофических последствий не наблюдалось. Вы могли бы проранжировать те причины, которые ведут к такому вот переходу количества в качество?

     - Попробую. Прежде всего, снижение контрольных функций государства. Раньше в 1-м поясе санитарной охраны питьевых источников расположиться на берегу, тем более въехать на машине, никто и не пытался - знали, что нельзя. Теперь фактически получается, можно все. Во-вторых, изменение структуры потребления: с одной стороны, отходы, пищевая тара; с другой - автомобили, снегоходы, гидроциклы и прочие атрибуты высокого благосостояния. Далее - возрастание количества отдыхающих как таковых. Старых стоянок, соединенных дорогами, им уже мало. На Озернинском водохранилище в прекрасном коренном лесу прорубили бензопилой дорогу метров в 200 - в конце ее вырубка под новую стоянку. Или "осваивают" такие места, куда раньше бы и в голову не пришлось сунуться - в заболоченных прибрежных ивняках пробиты дороги, в тростниках, там тоже стоянки... Ну а главная причина, может быть, - моральная эрозия всего нашего общества, и одна из ее ипостасей - снижение экологической культуры. Если бы все отдыхающие вели себя по-человечески, безусловно, негативное воздействие стало бы на порядок меньше. Мусор за собой не убирают - ладно, но что страшно - вандализм, массовый вандализм! Деревья, которые еще сохранились в местах стоянок, плачут смолой: на их стволах живого места не осталось, куда лихой турист не вонзил бы со всего маху топор - просто так, от нечего делать; все они изрублены, изуродованы.

     Собаки и кошки большой вред в лесу наносят - видел однажды, как кот разорвал ондатру; даже самый балованный домашний котик за неделю пребывания в лесу поймает и съест все, что прыгает или ползает, а уж про собаку, особенно охотничью, и говорить нечего. Вот из таких вроде бы отдельных и незначительных, а на самом деле очень значительных моментов и складывается то негативное воздействие, которое необходимо если не прекратить, то хотя бы ограничить. Но радует то, что органы государственной власти, органы местного самоуправления понимают - проблему решать надо. И не только понимают, но и прилагают к этому существенные усилия.

     - Значит, с официальными структурами отношения у Вас неплохие?

     - Отношения очень хорошие. Сложилась тесная координация и с Главным управлением природных ресурсов и охраны окружающей среды МПР России по Московской области, и с Министерством экологии и природопользования администрации Московской области, и с муниципальными образованиями. Наша политика - взаимодействие с любыми юридическими лицами, заинтересованными в достижении тех же целей, что и мы ставим перед собой. Конфронтационный стиль работы, наверное, в каких-то ситуациях оправдан, а порой и необходим, и все же прочные позитивные результаты может дать только сотрудничество, и мы выбрали для себя именно этот стиль работы.

     - В целом как меняется в районах отношение к проблемам экологии?

     - Несомненно, происходит заметный сдвиг в сторону экологизации сознания. Это связано и с нарастанием проблем, которые уже нельзя игнорировать. Хотя, с другой стороны, в Шаховском районе, с главой Василием Ивановичем Бакой и его администрацией у нас изначально было полное взаимопонимание, в этом районе проблемам экологии всегда придавалось большое значение. В Можайском районе с того момента, как главой района был избран Владимир Владимирович Насонов, проблемы охраны окружающей среды стали предметом особой заботы: множество прекрасных инициатив самой администрации, самое доброе отношение к природоохранным инициативам, приходящим извне... Да и в других районах бассейна верхней реки Москвы руководство муниципальных образований с пониманием относится к экологическим проблемам. По крайней мере, за последние два года равнодушия мы не встречали. В общем, процесс идет позитивный.

    

Беседовала Ольга Шевелева

 
Актуально
2017.04.05

Специалисты ПФ «Верховье» начали наблюдения за весенним пролётом и прилётом птиц. Экологи посетили территории заказника «Осёнка», памятника природы «Хлопковская колония серых цапель», осмотрели разливы в заказнике «Москворецкий пойменный», провели наблюдения в некоторых лесных массивах.

Подробнее

2017.03.28

28 марта 2017 г. стало известно об утверждении Министерством экологии и природопользования Московской области трёх новых положительных заключений государственной экологической экспертизы материалов для создания особо охраняемых природных территорий (ООПТ) областного значения государственных природных заказников «Долина р.Волгуша и Парамоновский овраг» (Дмитровский район), «Попово болото и озеро» (Сергиево-Посадский район) и прибрежной рекреационной зоны «Коробчеевская» (Коломенский район). Обосновывающие материалы для создания этих ООПТ подготовлены ПФ «Верховье».

Подробнее

2017.03.09

В феврале 2017 года сотрудниками ПФ «Верховье» в Можайском районе Московской области встречен и заснят седой дятел.

Подробнее

События
2017.04.13

«Верховью» 19 лет!

Подробнее

2012.03.20

В Сытьковской школе открылся музей «Рузский лес»

Подробнее

2011.05.02

Опять палы ... Доколе?!

Подробнее